Газета "Отечество"

№2 (79) Ноябрь 2012




МОЙ ОТЕЦ - АДЖИМУШКАЕЦ


Добрый день.

Мой отец Григорьев Владимир Никитович был защитником Аджимушкайских каменоломен.

Вот, что он мне рассказывал, когда был жив (он умер в 2003 году в возрасте 81 год).

В 41-м его послали служить на Южный фронт на черноморское побережье Кавказа (видимо в морскую пехоту), может быть потому, что он жил в Баку до войны и умел хорошо плавать. Потом им приказали перебраться в Крым, который немцы к весне 42-го практически уже захватили. Катер, на котором они шли, разбомбили немцы, этот эпизод мне папа рассказывал, когда учил меня плавать. Он говорил мне, что тогда много народу погибло не оттого, что не умели плавать, а от страха и паники. А он ухватился за какую-то доску от разбитого судна и продержался долго в воде (вообще-то, выросши в Баку, он плавал как бог, мог и 5 км проплыть своей спокойной размашкой), пока его не подобрал другой советский катер. И всегда мне отец говорил, главное не бояться и думать, что предпринять хладнокровно. Потом в Крыму был эпизод, когда они переходили соленый Сиваш. Так вот он был ранен в ногу при переправе, но все равно шел - соленая вода сильно разъела рану и хоть рана и не была опасной, шрам сохранился на всю жизнь - круглая такая впадина на икре - я ее хорошо помню. После того, как они в уменьшенном составе переправились в Крым в районе Керчи, они попали в окружение и целой дивизией, как мне говорил папа, ушли в Аджимушкайские катакомбы. Он провел там под землей все 5,5 месяцев! От дивизии не осталось и батальона, все погибли от голода или от взрывов, немцы постоянно взрывали каменоломни, но внутрь не совались после нескольких попыток, когда наши отбили их атаки. Бойцы питались в основном соленой керченской селедкой (несколько бочек прихватили) и пили воду, которая капала с потолка (грунтовые воды), были еще и вылазки за водой, но при этом гибло много народу, а потом эти колодцы немцы разрушили. Через 5,5 месяцев, как рассказал мне папа, командир дивизии приказал небольшому количеству оставшихся в живых, изможденных голодом людей сдаться в плен. Мой папа, был похож в свои 21 год на 14-летнего пацана, такой был тощий. Немцы, посчитав, что они слабые и конкретно мой отец еще ребенок, посадили их в сарай, который не очень-то хорошо был заперт. Папа и еще один товарищ на вторую ночь бежали, и их приютила одна замечательная украинская женщина и выхаживала их 2 недели под страхом смертной казни. А потом они, набравшись сил, опять же ночью перебрались через линию фронта к нашим.

Все это папа рассказал мне в письме лишь когда посчитал, что мне это нужно знать, и когда мне уже было 18 через 27 лет после войны! Я рыдала как маленькая, читала и перечитывала это письмо, написанное дорогим почерком, такое редкое для меня письмо от немногословного отца (обычно мне писала мама) и такое важное.

Потом уже дома мы обсуждали это и я спросила у папы, почему он не рассказывал никогда эту историю. Он сказал, что хотел вообще забыть этот ужасный период своей жизни, потому что столько трупов и смертей, сколько увидел он - это слишком страшно. Его потом разыскивали, как ветерана Аджимушкая, каковых осталось немного к тому времени, когда создали мемориальный комплекс, очень сильно приглашали приехать на открытие. Я ему говорила: "Пап, давай поедем вместе" - он наотрез отказался - слишком тяжело все заново переживать и видеть эти места, где погибли все однополчане. Мы с сестрой в детстве и с родителями даже отдыхали всегда на Кавказском берегу Черного моря и никогда в Крыму, хотя расстояние от Донецка, где мы жили, были одинаковое и даже Крым может ближе.

Вот такая у меня история про моего отца. Решила вам написать ее, возможно она как-то дополнит архив истории об Аджимушкае.

Вера Аристова, Италия, Палермо



"Вахта Памяти - 2012". Итоги.
События.
Поездки к родственникам воинов.
Не знаю скоро или нет вернусь домой... (Лилия Блохина)
Мой отец - аджимушкаец (Вера Аристова)
Верьте, я вернусь домой! (Людмила Буторова)
Долг перед боевым товарищем. (Мунира Садыкова)
Забытый полк. (Дмитрий Юдин)
Я была уверена, что на могилу деда поеду обязательно. (Светлана Жиделягина)